В последнее время мы опубликовали несколько рассказов новых репатриантов об их первых израильских и хайфских впечатлениях. Тема вызвала очень хороший отклик, а потому мы продолжаем! Предлагаем вашему вниманию задорный рассказ Даниэля Каганович, репатриировавшегося из Москвы в прошлом году.

Если не брать в расчёт что сионистом я себя ощущал наверное лет с 4, то есть как научился читать, можно сказать, что наша алия начиналась с поездки в США к другу детства в 2017 году. Поездка как раз пришлась на смену работы в одном широко известном в узких кругах фермерском кооперативе Москвы. Учредители кооператива, в общем, довольно эффективно внедрили в наши головы любовь к заливным лугам вдоль Оки, сопкам Териберки и вообще бескрайним просторам моей биологической родины. В момент получения визы кооператив уже агонизировал, а когда я ступил на борт самолёта в Штаты — скоропостижно издох.
Я к тому, что к американцам я ехал таким российским патриотом (с не русской фамилией). Увиденное там так сильно меня поразило, что первое, что я сделал когда вернулся в Россию — это подал на участие в лотерию на Green Card. Примерно в это же время там же, в кооперативе, дорабатывал курьером мой папаня, и доработался до того что остался без машины и решил ехать на историческую. Один. Впервые. Просто собрал свои не богатые пожитки, помахал нам ручкой и уехал сюда навсегда. И остался тоже навсегда.
И я засобирался. Общественное мнение, как это водится, разделилось. Половина говорила: «вот, хоть кому-то повезло отсюда свалить», вторая «там, хорошо, где нас нет; кому вы там нужны; дочерей там ваших в горячие точки служить пошлют, не своих же под поди отправлять; вон у Генки, сестра там прожила и назад вернулась». Короче говоря, все как у всех.
Хотя сомнения, конечно, были: у меня работа в Москве с ЗП чуть выше среднего, у жены приём пациентов (она врач-остеопат) расписан на 2 месяца вперёд, квартира, машины, почти гектар недалеко от Москвы (как от Хайфы до Ашдода, практически рядом). Ужас сборов вспоминать не хочется, для меня это было самое сложное испытание в жизни (а я между прочем фестиваль хипстерский на Крайнем Севере организовывал). Тем более что кроме нас с женой летят ещё трое детей и 2 собаки, но всё закончилось как только я закрыл за собой дверь.
Нас встретил трансфер из фонда «Эзра». Ребята просто окутали нас теплом и поддержкой. В аэропорт приехали любымые и самые родные люди. Я не помню что за нежные слова я говорил маме перед полётом, ну просто теперь надо не на машине до неё ехать 4 часа по пробкам, а в кофортном самолете. Но точно помню разговор с российским пограничником: «С какой целью вы летите в государство Израиль?» —»Эммиграция». Как же приятно было это сказать…
«Израиль» начался в самолёте. Я как человек проработавший полтрудового стажа в индустрии гостеприимства слегка прибалдел от того, как бортпроводники разговаривают с пассажирами. И понял — вот, это первые звоночки свободы.
Сидя в короноотеле (а точнее короноаппартаментах) я столкнулся с дорогой особенностью Израиля — национальным спортом «кто активнее поможет новому репатрианту». Никого из перечисленных людей я раньше лично не знал, а некоторых не знал вообще.
Леон первым вызвался помочь, привёз еды, вопрос «э…, а деньги» я уже говорил в пустоту (через дверь, изоляция же). Аня — милая и хрупкая барышня. По нашему списку объехала полгорода и привезла просто гору всего. Вечером звонок в соцсеть, звонит приятель Женя, с которым пару раз переписывались: «ты суши ешь?» через пол часа под дверью 5 пакетов из модного хайфского места. Перезваниваю: «Ты с ума сошел это же целое состояние» — «Брухим абаим, приятного аппетита отдыхайте».
На следующий день новый знакомый Влад, понапривез всего по списку и ещё сверх того в подарок… Радостный вопль моей младшей дочери при виде экзотических фруктов, наверное, слышно было даже на Адаре. А вечером «без объявления войны» Женя прислал очередного курьера уже с тайской кухней. Закралось сомнение, что нас откармливают на органы.
Через пару дней мы поняли, что может случиться самое страшное — у нас остался один рулон туалетной бумаги. На 5 человек. Написал об этом приколе в соцсеть. Я состою в одном веселеньком сообществе. Звонит из этих. Артур: «Ты писал, что бумага нужна, ну я проездом буду в Хайфе — закину пиши список». Ну мы с женой скромненько, экономя каждый шекель составляем список. Отправляю, перезванивает: «А вам сальмон свежий или замороженный?» Короче понятно… Опять звонит: «А у тебя же тоже одни женщины в семье как у меня, прокладки надо купить? — Нет, спасибо, мы ими телевизор обкладывали, когда везли, у нас много». Сумки носил в три подхода.
После карантина Влад (тот который фрукты привозил) повёз смотреть квартиру которую нам нашёл. Которую мы сразу и сняли…
Первая и пока единственная проблема — школа для средней дочери. Из «школы для олимов» забрали через неделю. Записали в пнимию (молодёжную деревню, прим. ред.). Забрали и оттуда. Чуть ли не с полицией. Дети при поддержке мадрихи организовали буллинг. Спасибо сотрудникам «Бейт Оле» (а именно Дине Фельдман) нашли репетитора, а потом и записали в хорошую школу, надеемся там все будет наконец хорошо.
Мы ходим в ульпан, тяжело, но довольны. Супруга открыла эсек патур (малый бизнес, прим. ред.) — уже ручеек посетителей есть. А меня тот же добрый Влад пристроил в Технион. Приезжал из Беер-Шевы папа, напокупал подарков на 1000 шекелей — пенсионер, блин.
Могу ли я сказать что у меня все отлично? Бэзрат ашем — у меня у все отлично: я с семьёй, в стране в которой я мечтал жить всю жизнь! Если ли проблемы — конечно, вот уж точно вышел из зоны комфорта. Можно долго и нудно перечислять минусы Израиля по сравнению с Европой, Россией или Украиной, а можно просто любить свою страну и стараться сделать её лучше. 
P. S. Недавно заезжал в гости Паша, и привёз попользоваться самогонный аппарат.
Даниэль Каганович